Производится общее описание системы целевых клауз в горномарийском языке. Выделяются две основные целевые конструкции - инфинитивная и императивная клауза. Помимо этих конструкций, часть носителей также допускает использование перфекта и непрошедшего времени в придаточных цели. В статье рассматривается взаимодействие этих конструкций с различными целевыми союзами štobe и manen, а также вопросы контроля нулевого субъекта инфинитивных целевых клауз. В рамках стандартного (минималистского) генеративного подхода показывается, что инфинитивные целевые клаузы в горномарийском языке могут быть разделены на аргументные, т. е. присоединяющиеся в позиции комплемента глагольной группы (узла, сестринского по отношению к глагольной вершине V), и адъюнктные, присоединяющиеся в позиции адъюнкта VP (verbal phrase). Такое структурное разграничение позволяет объяснить возможность контроля нулевого субъекта придаточной клаузы непрямым объектом главной, а также прямым объектом при некоторых матричных предикатах. При этом данная аналитическая концептуализация сближает наблюдаемое противопоставление с принципом разделения английских целевых конструкций на Purpose clauses и Rationale clauses, введенное в работе R. A. Faraci (1974). Наряду с этой структурной параллелью, особенности синтаксиса инфинитивных целевых клауз в горномарийском представляют интерес и с точки зрения обсуждения различных теоретических взглядов на структуру дитранзитивных глаголов. Так, среди основных существующих подходов наблюдаемые в горномарийском явления может объяснить только подход, предложенный в работе L. Pylkkänen (2008). Согласно этому подходу, в некоторых языках непрямой объект дитранзитивного глагола и, в том числе, матричной клаузы, за которой следует целевая конструкция, присоединяется в процессе деривации как спецификатор особой, так называемой высокой, аппликативной вершины. Мы стремимся доказать, что горномарийские дитранзитивные глаголы устроены именно так.
In this study the author suggests a new systemic model of purpose constructions in Hill Mari - a Finno-Ugric language, spoken by approximately 30 000 people living mostly in Mari El Republic, located in Volga river basin. (Here and thereafter (if the opposite is not stated overtly) the term “purpose clause” or “purpose construction” is used in its traditional wide sense and should not be confused with “Purpose clauses” opposed to “Rationale clauses” in R. A. Faraci’s terms (1974).) There are two core strategies of marking the embedded predicate which can be used in contexts denoting purpose in Hill Mari. Firstly, an imperative form can be used. This option is reserved for different-subjects contexts. Secondly, an embedded predicate can be marked as infinitive. Notably, such a clause allows for its subject to be expressed overtly, in which case it is marked by Dative. Typically, though, the subject of an infinitival purposive clause is omitted and obligatorily controlled by a certain argument of a matrix clause. Finally, there are two peripheral constructions - those of perfect tense and non-past tense. Both are quite marginal and not universally accepted. This study also discusses the interaction between aforementioned strategies and purpose complementizers (conjunctions) š (borrowed from Russian) and. However, what constitutes the main theoretical concern of this study are certain peculiar traits of the subordinate null subject’s behavior. The paper adopts a standard generative approach (within Chomsky’s minimalist program) and argues that Hill Mari purpose constructions can be divided into two groups, namely, argument ones, occupying the position of VP complement, and adjunct ones, which are attached as VP adjuncts. This structural distinction can account for the indirect object control, which is possible in all cases, and direct object control, which is only allowed in case of certain matrix predicates. Such an analysis links Hill Mari purpose construction’s distinction to the Purpose/Rationale clauses distinction proposed for English in R. A. Faraci (1974). Finally, Hill Mari infinitival purpose clauses’ specific traits can potentially provide certain insights for the general theory of ditransitive constructions. Thus, among the main current approaches only that developed by L. Pylkkänen (2008) can account for the facts observed in Hill Mari. L. Pylkkänen argues that in some languages double objects constructions can be derived via “high” applicative head, taking VP as its complement and indirect object as its specifier. Our study argues that this is also likely to be the case in Hill Mari.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.