Статья посвящена исследованию термина «оксия» в историко-лингвистическом, семантическом, функциональном и лексикографическом аспектах. Ввиду этимологической прозрачности и однозначно трактуемого функционального статуса оксии как обозначения острого словесного ударения в лингвистике уделялось мало внимания изучению этого термина. Синонимичные терминологические наименования вообще не выступали в качестве объекта комплексного исследования. Целью статьи является систематизация семантической информации о термине «оксия» и синонимичной терминологии, встречающейся в грамматических и лексикографических источниках периода с XV в. до начала XIX в., уточнение функционального статуса оксии, анализ структуры терминологического микрополя, ядром которого выступает «оксия», а центр и периферию формируют синонимичные наименования, возникшие в указанный период времени. Установлено, что терминологическое ми крополе «Оксия» образуют в совокупности 11 терминологических номинаций. Центр микрополя формируют термины «оксь», «малая оксь», «пооксь», «острая», «сила острая», «ударение острое». На периферии микрополя по параметру частности оказываются такие специализированные единицы, как «знак острый», «приглас острый», «просодия острая», «усты остры». Анализ отобранной терминологии с учетом хронологического параметра позволил установить, что в XV в. вошли в употребление термины «оксия», «острая», «приглас острый», в XVI в. – «оксь», «оксь малая». К XVII в. относятся «пооксь», «усты остры». Номинации «сила острая», «уда рение острое», «просодия острая», «знак острый» появляются во второй половине XVIII в. Лексикографическая фиксация затронула только наиболее частотную терминологию, в число которой входят три термина – «оксия», «острая» (1704) и «ударение острое» (1786). Оксия всегда выступала в качестве знака, ставящегося над ударным слогом, однако, как показывает исследование, ее использование часто было обусловлено не только положением ударного слога в составе слова (везде, кроме конечного слога, состоящего из одного гласного), но самой формой слова, которая могла быть «мужской» или «женской». Кроме традиционного функционального статуса «орфографийной просодии», оксия могла выступать и в качестве «просодии ударяния», что позволяет считать ее не только письменным просодическим знаком, но и квалифицировать ее как разновидность ударения, под которым понимается выделение ударного слога в слове с помощью фонетических средств. В ходе исследования используются методы сравнительно-сопоставительного, семантического и историко-лингвистического анализа.

Проанализировано понятие «речевые деструкции» и различные подходы к его изучению. На основе трехкомпо нентной структуры языковой личности, разработанной Ю. Н. Карауловым, впервые предложено теоретическое описание деструктивной языковой личности. Аргументируется вывод о том, что деструкции в речи отдельного носителя языка способствуют формированию его языковой личности, которую можно характеризовать как деструктивную. Деструктивная языковая личность реализует себя в коммуникативном взаимодействии на трех уровнях (вербально-семантическом, лингвокогнитивном и мотивационном), каждый из которых представлен определенными речевыми деструкциями и деструктемами. Вербально-семантический уровень включает в себя лексемы деструктивной семантики, а также языковые единицы с маркером агрессивности. Концептуальную сферу деструктивной языковой личности составляют такие концепты, как враждебность, недоверие, вина, пессимизм, насилие. Мотивационный уровень определяет специфику речевого поведения деструктивной языковой личности, обусловленного враждебной интенцией, негативной целевой установкой в вербальной форме.

В представленной работе подчеркивается, что речевые деструкции приводят к изменению языковой картины мира субъекта речи, нарушают нормативный и этический аспекты языка. Деструктивные речевые практики спо собствуют возникновению конфликтов, ухудшению межличностных отношений и созданию напряженной атмосферы. Речевые деструкции имеют прямое отношение к вопросам конфликтогенности, особенно в условиях современного мира, где язык играет ключевую роль в формировании общественных настроений и социальных процессов. Исследуемые явления рассмотрены в лингвокультурологическом и психолингвистическом аспектах.

В настоящее время коммуникация становится одной из самых востребованных компетенций человека. Развитию коммуникативных навыков, в частности, послужил научно-технический прогресс и появление различных устройств и программ (смартфоны, персональные компьютеры, Интернет), позволяющих осуществлять коммуникацию в любом месте и в любое время. Несмотря на то что медиадискурс существует довольно давно, именно совокупность вышеуказанных факторов стала причиной его беспрецедентного распространения и влияния на языковую политику не только средств массовой информации, но и государства в целом. Языковая политика западных англоговорящих стран во многом определяется принципом инклюзивности, который становится основополагающим в формировании толерантного и либерального социума. В связи с этим лингвопрагматическая нейтрализация становится значимым социокультурным и лингвистическим феноменом, способствующим эффективному общению и достижению равновесия в обществе. Однако в настоящее время типология анализа в контексте явления лингвопрагматической нейтрализации представлена недостаточно и является перспективной и малоизученной проблемой, поскольку в современном языкознании практически отсутствуют инструменты для классификации нейтрализованных языковых средств. Целью данного исследования является попытка определения наиболее продуктивных способов образования оппозиций лингвопрагматической нейтрализации современного англоязычного медиадискурса. Материалом исследования послужил корпус англоязычных медиаконтекстов 2020–2024 гг., сформированный методом сплошной выборки и проанализированный методами дефиниционного, функционального и контекстуального анализа, методом критического дискурс-анализа и семантической интерпретации. В ходе анализа определены одни из наиболее продуктивных способов образования языковых средств, составляющих лингвопрагматические оппозиции в контексте явления нейтрализации современного англоязычного медиадискурса. Такие языковые средства способствуют решению вопросов, связанных с систематизацией типологических характеристик явления. Полагаем, что результаты исследования вносят определенный вклад в исследование феномена, а также позволяют с определенной долей вероятности прогно зировать появление новых языковых средств, которые могут быть использованы в современном медиадискурсе.

В статье представлен теоретико-методологический анализ современных российских и зарубежных окулографических исследований в области грамматики. Авторы рассматривают окулографию (айтрекинг) как метод получения объективных данных о когнитивных процессах обработки языковой информации в реальном времени, систематизируют методологические подходы к изучению грамматических явлений с использованием технологии регистрации движений глаз.

Подробно проанализированы экспериментальные исследования в области морфологии (когнитивная обработка падежных форм существительных русского языка носителями и билингвами) и синтаксиса (влияние типов синтаксических конструкций на восприятие текста, включая обработку сложноподчиненных предложений, причастных и деепричастных оборотов, а также разрешение синтаксической неоднозначности). Особоевнима ние уделяется исследованиям, выявляющим когнитивную сложность восприятия различных синтаксических структур.

Выполнен сравнительный анализ методологических особенностей исследований различных лингвистических школ и исследовательских центров. Авторы классифицируют работы по изучаемым грамматическим аспектам, используемому оборудованию, типам участников и характеру измеряемых показателей. Подчеркивается специфика окулографических исследований у разных типов билингвов, включая тюркско-русских билингвов и CODA (слышащих детей глухих родителей), что открывает новые перспективы для понимания процессов языкового взаимодействия.

Исследование выявляет значимую роль айтрекинга в понимании процессов межъязыкового взаимодействия при обработке грамматических конструкций. Проанализированы эксперименты, демонстрирующие влияние родного языка на обработку синтаксических структур неродного языка, что имеет важные импликации для теории билингвизма и методики преподавания иностранных языков.

Авторы отмечают, что отечественные работы, несмотря на относительную новизну направления в России, демонстрируют высокий методологический уровень и согласованность с мировыми стандартами. Обозначены перспективные направления: создание русскоязычных корпусов данных движений глаз, расширение спектра изучаемых грамматических категорий, интеграция окулографии с другими методами нейрокогнитивных иссле дований и практическое применение результатов для оптимизации преподавания языков и оценки читабельности текстов.

Данное исследование предлагает методологическую основу для определения основных культурно-специфичных концептов на примере раскрытия фрагмента китайской языковой картины мира сквозь призму концепта 命运 MINGYUN. В работе применяется интегративный подход, объединяющий теорию ключевых слов А. Вежбицкой, концепцию культурных доминант В. И. Карасика и этимологический анализ Ю. С. Степанова, что позволяет выявить культурную значимость MINGYUN на основе набора следующих доказательных инструментов: номинативная плотность, частотность, внутренняя форма, способность к конструированию фразеологической единицы. Анализ показывает, что MINGYUN отражает диалектическое единство двух компонентов: 命 (MING) – предопределенности – и 运 (YUN) – человеческой активности. Результаты исследования свидетельствуют о том, что в современном дискурсе MINGYUN концептуализируется как коллективно предопределенное, но поддающееся корректировке через совместные усилия. Вклад работы в лингвокультурологию заключается в разработке универсальной модели выявления ключевых культурных концептов с помощью мультикритериальной верификации. Практическая значимость исследования охватывает сферы межкультурной коммуникации и преподавания китайского языка.

Статья посвящена исследованию взаимосвязи оценки и метафоричности в медиадискурсе индийских СМИ, репрезентирующих события, связанные со специальной военной операцией Российской Федерации на Украине. На основе когнитивно-дискурсивного подхода и с использованием методов количественного и качественного анализа, в том числе шкалирования и контент-анализа, был изучен корпус из 50 англоязычных новостных публикаций общим объемом 25 659 слов. Рассчитанные индексы оценки и метафоричности позволили выявить прагматические особенности речевого воздействия, используемые индийскими СМИ: доминирование рациональной и эксплицитной оценки, высокая плотность метафор при преобладании онтологических переносов низкой интенсивности. Корреляционный анализ подтвердил наличие статистически значимых связей между формой и интенсивностью оценки и метафоры, что позволяет рассматривать метафору как ключевой механизм когнитивного и прагматического оформления оценочного смысла.

Говоря о разницах в методиках обучения иностранному языку, обычно опираются на разницу в организации лингвистического материала, долю задействованности родного языка, роли учителя и ученика. Нейрофизиологические корреляты осцилляторной активности мозга, однако, являют собой более объективные показатели, так как они отражают непосредственно картину организации мозговой деятельности, сложившуюся при обучении иностранному языку в зависимости от выбранной методики.

Целью было установить корреляции нейрофизиологических параметров у участников контрольной и основной групп, изучающих немецкий язык соответственно по коммуникативной методике и методике на основе теории глубинной семантики П. Я. Гальперина и теории поэтапного формирования умственной деятельности.

Материал получен в ходе трехэтапного исследования, 16 участников, из них четверо мужчин, 12 женщин, возраст участников 19–21 год.

Для исследования был выбран следующий дизайн: 1) проведение первого эксперимента для основной и контрольной групп с оценкой варианта при переводе фразы с русского на немецкий как «точно правильный», «скорее правильный», «точно неправильный» или «скорее неправильный»; 2) перерыв, сопровождаемый обучением по выбранным для каждой группы методикам; 3) проведение второго эксперимента для обеих групп с повторной оценкой варианта при переводе фразы с русского на немецкий по прежним категориям. Для записи ЭЭГ использовались усилитель Brain Products (Германия) и программное обеспечение PyCorder, для предобработки и анализа – MATLAB с программным инструментом EEGLAB, для статистического анализа ЭЭГ данных был использован пакет IBM SPSS. Статистические данные с оценкой вариантов переводов были дополнительно обработаны при помощи функционала Excel.

Выявлены значительные межгрупповые различия как по поведенческому показателю среднего времени решения заданий, так и в организации электрофизиологической активности в сагиттальных зонах коры. Также уста новлена межгрупповая разница на уровне академических результатов.

Полученные результаты позволяют отметить наличие определенных различий в когнитивных стратегиях участников контрольной и основной групп, а именно: у контрольной группы более ранняя стратегия когнитивной обработки стимулов усилилась в процессе обучения немецкому языку, а в основной группе ранняя стратегия изменилась на нечто качественно иное, что дает нам возможность предположить наличие качественного перехода участников основной группы при повторном измерении от одной когнитивной стратегии решения задачи перевода и категоризации к другой. Так, например, синхронизация с амплитудным максимумом в бета-диапазо не (16–31 Гц) у участников основной группы при повторном снятии показаний может оцениваться как нейро-физиологический коррелят «смыслового синтеза», при котором человек объединяет несколько семантических единиц в общую синтаксически связанную конструкцию.

В статье рассматривается взаимосвязь между произнесением прагматического маркера (ПМ) и жестикуляцией на примере маркера «вот», выполняющего разграничительную функцию в спонтанной речи. Цель исследования – проверить гипотезу о том, что произнесению ПМ «вот» соответствует остановка активной жестикуляции, проявляющаяся в жесте «руки на коленях», при котором руки располагаются на коленях или около них. Чтобы выявить специфичность жестовой реакции именно на прагматический маркер «вот», для сопоставления были взяты близкие по частоте контрольные лексемы: местоимение «он» и словоформа «груши».

Для анализа использовались данные мультимодального корпуса «Рассказы и разговоры о грушах», обработанные с помощью оригинального программного обеспечения на Python, разработанного автором статьи для выявления и квантификации корреляций между вербальными и кинетическими компонентами речи. В программе использовался автоматизированный трекинг кинетических параметров (координаты ключевых точек и скорость их движения), а также временная привязка жестовых паттернов к речевым событиям и статистическая обработка корреляций между вербальными и невербальными компонентами.

Результаты наблюдений подтвердили, что между произнесением значимых слов и жестом «руки на коленях» корреляции не обнаруживается, тогда как для ПМ «вот» такая связь очевидна. Это указывает на рефлекторный характер подобных проявлений и их принадлежность к метакоммуникативному уровню речи. Анализ показал, что исследование прагматических маркеров без учета сопутствующей жестикуляции неполно.

Настоящее исследование выполнено на примере одного прагматического маркера («вот») и одного жеста («руки на коленях»), но очевидно, что его методика может и должна быть распространена на другие прагматические маркеры, лингвистические явления и жесты. Работа показывает необходимость интеграции изучения вербальных и невербальных компонентов коммуникации для более полного понимания функционирования языка в живом общении, а также перспективы использования нейросетевых технологий компьютерного зрения для более глубокого анализа взаимосвязи речи и жестов.

Системы искусственного интеллекта, основывающиеся на больших языковых моделях, меняют подходы и отношение к решению разнообразных лингвистических задач, в том числе связанных с использованием корпусов. Цель работы заключается в оценке эффективности систем применительно к задаче исследования квантитативных характеристик и сочетаемости лексики на материале русского языка. Для достижения цели были решены следующие задачи: 1) проанализированы и сопоставлены между собой частотные списки для разных частей речи (существительные, глаголы и прилагательные), полученные на материале частотного словаря русского языка, Национального корпуса русского языка и при помощи систем искусственного интеллекта; 2) изучены списки коллокаций, которые представлены в НКРЯ, и единицы, выданные системами искусственного интеллек та. Для проведения исследования было выбрано несколько систем: YandexGPT, GigaChat, Perplexity, ChatGPT, Gemini и Copilot. Общий объем проанализированных примеров составил около 4 800 единиц. В подавляющем большинстве случаев системы игнорировали ограничения, прописанные в первоначальных промптах, которые касались количества выдаваемых результатов, их сортировки и формы выдачи. В рамках первой задачи результаты точности выдачи систем в среднем были выше для существительных по сравнению с глаголами и прилагательными (в последнем случае значение точности было наиболее низким). Наиболее высокие значения были достигнуты системами Perplexity и Gemini. При генерации коллокатов все системы показали более низкую точность в сопоставлении с результатами, полученными для списков частотной лексики. Наибольшее совпадение с данными НКРЯ было продемонстрировано при выдаче результатов системой Perplexity. Системы искусственного интеллекта в целом успешно справляются с задачей генерации частотных лексем, в то время как выдача коллокаций вызывает затруднения, что, тем не менее, делает возможным их применение в корпусных исследованиях для первоначального получения данных и их последующего лингвистического анализа.

Сравнение предупреждающих семиотических ландшафтов безопасности на китайском и русском языках может помочь носителям русского языка в Китае и носителям китайского языка в России понять локализованные в окружающем пространстве опасности и подготовиться к тому, чтобы избежать потенциальных опасностей. В данной статье представлены фотографии предупреждающих семиотических ландшафтов безопасности в трех крупных и средних городах Китая и России, уточнены лингво-символические паттерны этих ландшафтов в Китае и России, а также проведено сравнение сходств и различий между ними. Сравнение показывает, что и в китайских, и в русских ландшафтах используют три паттерна, но есть различия во внутреннем выражении каждого паттерна.

Автор статьи провела анализ ассоциативного поля глагола «есть» в актуальной диахронии по данным прямых и обратных ассоциативных словарей и баз данных разных лет: САНРЯ (1969–1972), РАС (1988–1997), ЕВРАС (2008–2011) и СИБАС 1 + 2 (2008–2022). Цель исследования заключалась в том, чтобы установить доминантные социокоммуникативные установки русской языковой личности, связанные с глаголом «есть», определив вектор движения психологически актуальных значений данного слова. Применялся алгоритм анализа, разработанный И. В. Шапошниковой: было проведено семантическое зонирование рассматриваемого ассоциативного поля по данным вышеприведенных словарей и баз данных, построены и сопоставлены психоглоссы, выявлен вектор движения значений глагола «есть» в актуальной диахронии. Получены неожиданные результаты: в материале прямых словарей фиксируется укрепляющееся в актуальной диахронии преобладание значения «принимать пищу», тогда как в обратных словарях соответствующая смысловая зона, напротив, стремительно сокращается и более частотными становятся реализации группы значений «быть, иметься» со стимулами БОГ и СЧАСТЬЕ в авангарде. Специфика глагола «есть» как связки, в его «бытийной» ипостаси, такова, что необходимо отделять употребления «есть» в значении «быть, существовать» (например, есть Бог, есть добро, есть смерть) от употребления «есть» в значении «иметься» (есть идея, есть машина, есть доброта). Основания и результат выделения подзон «иметься» и «существовать» изложены в разделе «Обсуждение результатов»: в прямых и обратных сло варях доминирует подзона «иметься». Дополнительный анализ реакций и стимулов в данной подзоне показал, что доля единиц, связанных с материальными благами (деньги, машина и пр.), в ассоциативном поле «есть» минимальна и не демонстрирует существенной динамики в актуальной диахронии. Предлагается интерпретация полученных результатов с опорой на современное социологическое исследование потребительского поведения студентов. Обсуждаются некоторые теоретические положения, которые необходимо учитывать, чтобы сделать анализ ассоциативного материала более объективным.